СтатхоудерСтраница 2
Симпатии консисторий и народа можно было подогревать требованием решительной войны против испанцев и проведением в жизнь от своего имени различных мелких политических реформ, по внешности носивших демократический характер. В этих же целях принц не скупился и на всякого рода демагогические жесты (по определению Чистозвонова): он мог запанибрата потолковать о делах с мелким лавочником, выпить чарку вина на свадьбе или на крестинах в семейном кругу зажиточного ремесленника или оказать материальную помощь вдове одного из своих солдат.[xxv]
Но нам кажется, что это слишком негативное определение. Вспомним, что принц не был чванлив, был прост в обращении, никогда не позволял себе грубости даже по отношению к своим слугам.[xxvi] Конечно, было мудро со стороны принца привлекать такими жестами к себе народ, но мы не можем обвинять его в полной неискренности, тем более в отсутствии милосердия, когда он помогал вдовам своих солдат.
Подобное поведение принца не возбуждало особого беспокойства у купеческой олигархии: обеспечив себе господствующее положение в Генеральных штатах, которым принадлежало право основного законодательства и вотирования налогов, она могла придирчиво контролировать деятельность принца. прежде всего принц был зависим от олигархов в плане налогов. Купечество Голландии и Зеландии осуществило очень хитроумную комбинацию, введя продажу государственных лицензий на совершение внешнеторговых сделок. С первого взгляда казалось, что облагаются богатые классы. На самом деле подобная система ставила доходы казны в прямую зависимость о размеров товарооборота, а государство – на службу интересам крупных купцов. Демагогические же маневры принца были им на руку. Так как придавали популярность созданному ей политическому режиму.
Дворяне же понимали, что в создавшейся обстановке политика принца оправдана, и надеялись с укреплением армии и страны укрепить свое влияние в противовес народу и буржуазии.
Вильгельм Оранский старался упрочить свое положение. Генеральным штатам удалось отнять у народных городских ополчений право обсуждать на своих собраниях наиболее важные политические вопросы, но пришлось согласиться с тем, что нужно запрашивать мнения командиров ополчений по отдельным важным делам, так как на этом, стремясь усилить свое влияние, настаивал принц.
Так же принц поступил и в вопросе о расширении представительства голландских городов в провинциальных штатах, добившись допуска в них, в дополнение к делегатам от крупных городов, делегатов от 12 средних и небольших городов Голландии. расширить представительство дворян в штатах принцу, однако, не удалось. Более того, купеческая верхушка при поддержке консисторий провела решение о создании Большого совета, который должен был предупредить попытки принца добиться единоличной власти.
Правда, Чистозвонов говорит, что принц только внешне «выставлял себя . защитником народных интересов». [xxvii] Разумеется, на первом месте у принца были личные интересы. Но, мы думаем, не стоит все-таки чересчур очернять все его действия, тем более что многие из них приносили благо.
Но каким бы ловким политиком ни был принц, он не мог предотвратить всех социально-политических конфликтов. Так, ему не удавалось обеспечить свободу католицизма, так как это вызывало открытое сопротивление народа.
Когда Дордрехтский синод кальвинистской церкви (1574) принял решения, которые фактически предписывали консисториям оказывать действенное влияние на ход политической жизни, вмешиваться в решение внутригородских и государственных дел, вести непримиримую борьбу с католицизмом, это было воспринято принцем как попытка «установить теократию», и политическая борьба разгорелась с новой силой.[xxviii]
Действия для подписания Столбовского мира со стороны Швеции
Тысяча шестьсот четырнадцатый год подходил к концу, в это время в Швеции правит преемник Карла IX Густав – Адольф, известный своими полководческими способностями. Несмотря на успешный ход боевых действий направленных против России, Густав – Адольф хотел заключить с ней мир: ” Король действительно желал этого мира, не видя никакой выгоды ...
Боярская Дума как первый прототип государственной Думы. Боярская
Дума в эпоху Киевской Руси
В эпоху Киевской Руси Боярская Дума являлась совещанием князей со своими дружинниками и «старцами градскими» (местной родоплеменной знатью), в удельный период Боярские Думы представляли собой совет при великом князе. В Московском княжестве в состав Боярской Думы входили так называемые «путные бояре» (ведавшие «путями», то есть отдельным ...
Первая мировая война и крушение монархии
Роковым образом на судьбе российской монархии, лично Николая II и членов императорского дома сказалась Первая мировая война. На начальном этапе войны фигура Николая II стала символом национального единения. На улицах царя встречали необъятные толпы народа под трехцветными знаменами и с его портретами в руках. Он произнес речь, которую з ...