Античные авторы о диктатуре ЦезаряСтраница 5
Но как же Цицерон относился к Цезарю во время разгара гражданской войны, что определяет, разумеется, и ту меру легитимности, которую он предавал положению, занятому Цезарем в результате победы в этой междоусобице? В письме от 12 января 49 г., т.е. через 2 дня после начала военных действий, Цицерон отмечает, что Цезарь несколько бессовестен, что удерживает за собой и войска, и провинцию (т.е. – Цизальпинскую Галлию) против воле сената8. Очевидно, что Цицерон считал Цезаря обязанным повиноваться воли сената, как высшего правительственного органа римского государства, в то время, как ни Цезарь за собой, ни Саллюстий за ним такой обязанности не признавали. В другом письме Цицерон сравнивает Цезаря с Ганнибалом (в отношении к Италии и Риму), уверяет, что Цезарь – безумный и жалкий человек, никогда не видевший даже тени прекрасного. Потрясают слова Цицерона: «И все это он делает, по его словам, ради достоинства. Но где достоинство, если не там, где честь? Честь, следовательно, иметь войска без официального разрешения; занимать города, населенные гражданами; …задумать множество преступлений, чтобы высшую богиню – власть иметь? Клянусь, я предпочел бы… умереть тысячу раз, чем однажды задумать такое.»1. В другом месте Цицерон именует Цезаря Писистратом2, который был знаменитым тираном древности. И еще одно место, где, весной 49 г. Цицерон пишет о Цезаре, что тот пылает яростью и преступлением и требует назначить себя тираном. И если так Цицерон определял роль Цезаря, которую тот играл в развязывании гражданской войны и в ее ходе, то можно себе представить, какую меру законности отводил Цицерон положению Цезаря, занятому им в результате его победы в той войне, где он выступал, по глубокому убеждению Цицерона, в качестве посягающего на республиканские устои римского государства, столь священные для Цицерона, хоть и видевшего недостатки существующей системы, а потому и идеализировавшего несовременное ему состояние государства, а прошлое3.
Теперь, установив, какую меру легитимности придавал тому исклю-чительному положению в римском государстве, которое он занял, сам Цезарь, а также два его современника – Саллюстий (полностью солидарный с ним) и Цицерон (резко ему противоречащий), необходимо перейти к характеристике сведений авторов родившихся после гражданской войны 49-45 гг. и диктатуры Цезаря, взгляд которых на степень законности положения Цезаря представлял собой ретроспекцию – с дистанцией от примерно семидесяти лет (у Веллея Патеркула) до целых двухсот (у Аппиана).
Понятное дело, Веллей Патеркул, как наиболее близко отстоящий по времени от той эпохи автор, и должен быть первым в этом ряду. Событием, связанным с гражданской войной и с диктатурой Цезаря историк посвятил главы с 48-й по 56-ю своего труда, а позже, уже после описания убийства Цезаря, Веллей вновь возвращается к тому времени, упоминая о движении Милона Целия Руфа, в 68-й главе. У Веллея Патеркула мы находим характеристику обоих соперников – и Помпея, и Цезаря. Так, Помпея историк ставит очень высоко, заверяя, что описание величия этого мужа потребовало бы многих томов, но в столь кратком сочинении он, Веллей, вынужден сказать лишь немногое1. Цезаря, Веллей также считает величайшим деятелем2. Историк восхищается ими обоими в равной степени и считает их равновеликими. Однако, Веллей признает, что эти два величайших деятеля не могли мирно сосуществовать, так как согласие между ними было неустойчивым из-за борьбы за власть3. Историк немало места в своем, в целом кратком сочинении, отводит описанию предыстории гражданской войны, ее началу и характеристике противоборствующих сторон. Нельзя не отметить, в первую очередь, что Веллей Патеркул, так же как и Цицерон, считает эту войну величайшим бедствием и горем для государства и его граждан. Так, историк поздравляет Кв. Катулла, обоих Лукуллов, Метелла и Гортензия, которые процветали в государстве, не знавшем взаимной вражды(конечно, это явная натяжка) и благополучно скончались еще до того, как началась гражданская война и государство было ввергнуто в пучину гибели и хаоса4. Историк резко порицает губительную деятельность народного трибуна Куриона, разжигателя междоусобных расприй5.
Веллей считает вполне справедливым и законным, чтобы и Цезарь, и Помпей одновременно распустили бы свои войска1, и разоблачает, по его мнению, лицемерное поведение Помпея, который, поддакивая тем, кто требовал от Цезаря роспуска армии, в то же время отказывался разоружиться сам2. Веллей признает требования Цезаря вполне справедливыми и что войне не было бы места, если б не злокозненная деятельность Куриона и ему подобных3. Характеризуя дело каждого из соперников в вспыхнувшей войне, Веллей признает Помпеево дело более справедливым, а Цезарево – более надежным4; отмечает, что там (т.е., со стороны Помпея) – все блистательно, что Помпея вооружает авторитет сената, а Цезаря – доверие воинов5. Веллей утверждает, что Цезарь не упустил ничего из того, что могло бы способствовать сохранению мира6, а когда все средства были исчерпаны и тому угрожала участь стать частным лицом, он решился перейти Рубикон7.
Статистика репрессий 30-х-50-х годов
Для наглядности хочется представить таблицу, в которой дана статистика политических репрессий в 30-50-х годов XX века. В ней отображено количество заключенных в исправительно-трудовых и исправительно-трудовых колониях на 1 января каждого года. Анализируя данную таблицу, видно, что с каждым росло число заключенных в лагерях ГУЛАГа.
...
Итало-эфиопская война и битва при Адуа
12 февраля 1893 г. Эфиопия денонсировала Уччиальский договор. Рим, убедившись в тщетности своих усилий навязать Эфиопии протекторат дипломатическими средствами, пошел на прямую вооруженную интервенцию. Накануне итальянской агрессии Менелику удалось оснастить армию современным стрелковым оружием, приобрести более 100 тысяч винтовок, что ...
Патриотизм в годы
Великой Отечественной войны
Сформировавшийся в новых исторических условиях патриотизм в наибольшей мере показал свою жизненность и силу в годы Великой Отечественной войны. Именно в этот период тяжелейших за всю историю нашего Отечества испытаний вся страна поднялась на его защиту. И не было ничего выше и дороже этого поистине святого понятия, которое вдохновляло м ...

